Турция Эрдогана перед развилкой

Политическая география Южного Кавказа
Tue, 25 Apr 2023 20:12:09 +0300

***

До выборов в Турции осталось меньше месяца. Ситуация очень напряженная, а выборы конкурентные по сравнению с предыдущими годами. Согласно опросам, Эрдоган получает около 45% голосов, а результаты его конкурентов сильно варьируются в зависимости от обстоятельств. Например, Мухаррем Индже объявил о своем участии на выборах и эти голоса фактически вычлись из числа сторонников оппозиции, то есть от основного кандидата Кылычдароглу, представляющего оппозиционную коалицию «Нация».

Кандидаты

Эрдоган предлагает продолжение своей политики. Есть соблазн воспринимать эту ситуацию как статус-кво, но в действительности это не совсем верно: политика Эрдогана все последние 20 лет была революционной. Он постоянно менял ситуацию как внутри Турции, так и во внешней политике. Во внутренней политике происходила консолидация власти, в то же время, последовательно реализовывался исламизации Турции. Также происходили трансформации в экономике.

Турция сегодня отличается от той, которая была 10-20 лет назад и предложение Эрдогана заключается в продолжении этих изменений. Сами эти изменения, впрочем, возможно, создали ситуацию, в которой их проводник Эрдоган, становится лишним. По крайней мере, за все 20 лет эти выборы будут для него самыми рискованными.

Эрдоган сравнивает себя по значимости с Ататюрком как историческая личность, учитывая срок правления, а также масштаб перемен – такое сравнение отчасти валидно. Но проект Ататюрка дошел до своего логического конца, он был реализован и продолжался на протяжении десятилетий после его ухода из власти. А проект Эрдогана, хоть и выглядит успешным на данный момент, все еще не прошел испытание временем.

Младшим союзником Эрдогана выступает радикальная националистическая Партия националистического действия (ПНД/ или по-турецки МНР) с ее руководителем Девлетом Бахчели. Эта партия олицетворяет неофашистское движение «серых волков» в Турции, имеет вооруженное террористическое крыло. Эта партия в то же время является исламистской. Ее уровень поддержки в последние месяцы колеблется в районе 7%, долгосрочно имеет тенденцию к снижению, хотя в прошлом достигал 15-20%.

Кылычдароглу является председателем Народно-республиканской партии, это левоцентристская партия, продолжающая традиции Мустафы Кемаля Ататюрка. НРП (CHP) – националистическая, но не радикальная партия. НРП, также как и ее союзники больше ориентирована на секулярную Турцию, расширение прав женщин, активную интеграцию в западные структуры (в т.ч. обещает безвизовый режим с ЕС) и возвращению Турции на тот трэк развития, на котором она была до 2003 года.

Основным союзником НРП является «Хорошая партия» с ее лидером Мераль Акшенер, и эта партия стоит на той же платформе. Эта партия является консервативной и националистической и образовалась она в результате раскола в MHP в 2017 году. Тогда Бахчели решил поддержать Эрдогана, в результате чего оппозиционное крыло МНР выступило против и покинуло партию, образовав «Хорошую партию» (IYI). В отличие от МНР, IYI стоит на светской платформе.

Кылычдароглу не является сильным лидером. Сейчас он предлагает конструкцию, в которой будет совмещаться лидер и несколько заместителей (7 вице-президентов), что вряд ли может работать эффективно. Кылычдароглу пообещал переход к парламентской модели и отмену конституции 2017 года. Если это произойдет, то скорее всего последует конституционный референдум, смена конституции и увеличение числа вице-президентов. Разнородная власть приведет к менее функциональной, менее реактивной, менее инициативной внешней и внутренней политике. С другой стороны, это стабилизирует государство, поскольку Турции нужна пауза после всех потрясений последнего периода.

Трудно судить о том, какой властью станет нынешняя оппозиция в случае победы. Тому есть несколько причин. Одно дело – обещания консенсуальной власти, которые дают Кылычдароглу, другое – реальность после выборов. Не исключено, что в конечном счете консенсуальная власть не будет реализована в полной мере.

Надеяться на то, что к власти придут либералы и социалисты, которые начнут уступать во внешней политике, тоже не стоит. Достаточно вспомнить, что Турция захватила северный Кипр именно при одном из самых либеральных премьеров Турции Бюленте Эджевите. Идеология лидера не сделает Турцию миролюбивой.

Наблюдатели приводят цитаты политиков и обращают внимание на их заявления и предвыборные обещания, говоря о том, какой может быть Турция при власти оппозиции. Отдельные высказывания не имеют решающего значения, значение будет иметь та политическая конструкция, которая сложится после выборов, в особенности внешнеполитическая конструкция. Потому что на сегодняшний день именно от нее больше всего зависит.

Будут ли выборы честными?

Важный вопрос касается честности выборов, этот вопрос всегда возникает при обсуждении выборов в недемократических странах. Невозможно уверенно говорить об этом, но прошлые выборы в Турции не были тотально сфальсифицированы, по крайней мере в процессе подсчета. Определенный процент мобилизируемого электората у Эрдогана есть и, по оценкам, он составляет около 5%. В условиях острой конкуренции и небольшого разрыва между кандидатами, эти 5% могут сыграть решающую роль.

На сегодняшний день большая часть СМИ сконцентрирована в руках Эрдогана и его приближенных. Ярким примером является случай с медиахолдингом Dogan, который Эрдоган оштрафовал на 2.5 млрд долл. в 2009 году и взял под собственный контроль уже в 2018 году. Оппозиция Турции не имеет полноценного доступа к СМИ, поэтому использует социальные сети, ведь классические СМИ практически полностью в руках Эрдогана. Государственный аппарат политизирован, поскольку после неудачного переворота 2016 года, в Турции были массовые репрессии и чистки в государственных органах.

Вдобавок к СМИ, госаппарату и административному ресурсу, Эрдоган имеет твердую поддержку от исламского духовенства в Турции. А учитывая, что Турция довольно религиозная страна, и степень религиозности в последние годы только росла, это значительный фактор.

По совокупности этих причин, считать грядущие выборы честными не представляется возможным. Для Эрдогана это борьба не на жизнь, а на смерть, и он сделает все, чтобы не отдать власть вне зависимости от общественных настроений. Кстати, в отличие от Пиночета в Чили, который был уверен в своей победе, Эрдоган хорошо осознает, что может проиграть.

В то же время, выборы все еще сохраняют конкурентный характер. Слишком много недовольных Эрдоганом, кроме того, Эрдоган уже стал сильно раздражать Запад, и группы, ориентированные на западную интеграцию, будут склонны поддержать его противников. Уже вырисовывается опрокидывающий характер этих выборов, а это как раз наблюдается в странах с информационным авторитаризмом.

Сценарии выборов

Следующим после голосования будет вопрос: будет ли результат признан остальными кандидатами? Если Эрдоган проиграет, то с большой вероятностью он попытается переиграть ситуацию или сфальсифицировать результаты. На техническом уровне это будет сложно реализовать, но даже если ему удастся, это будет чревато дальнейшими революционными течениями. С другой стороны, у Эрдогана есть опыт переназначения выборов (он это делал после выборов мэра Стамбула и неудачных парламентских выборов в июне 2015 года).

Если Эрдоган проиграет с небольшим отрывом, он отменит выборы и назначит новые, а за это время попытается реализовать какую-нибудь военную авантюру, чтобы мобилизовать националистический электорат в свою пользу. Если Эрдоган проиграет с большим отрывом, то его возможности по манипуляциям резко сократятся.

Но если проиграет оппозиция и Эрдоган победит в первом туре, то в этом случае оппозиция скорее всего объявит о непризнании выборов и начнет акции протеста. У оппозиции много сторонников, особенно в крупных городах, и мобилизовать сторонников оппозиция сможет при желании. Но пойдет ли на это Кылычдароглу – вопрос.

Наиболее вероятен сценарий, где в первом туре нет победителей, а Эрдоган и Кылычдароглу вместе проходят во второй тур. Учитывая, что альтернативные кандидаты во второй тур президентских выборов в Турции пройти не могут, для Эрдогана ситуация будет максимально сложной, так как против него объединится все поле и во втором туре против него будут в большинстве голосовать также и курды.

График 1. Динамика уровня поддержки основных кандидатов на президентский пост в Турции

***

Стоит учитывать, что параллельно с президентскими, в Турции будут проводиться и парламентские выборы. Как уже сказано, есть два основных альянса – «Народ» (включает в себя «Партию справедливости и развития» Эрдогана и серых волков MHP), альянс «Нация» (НРП, «Хорошая партия» IYI и ряд менее значимых групп), а также лево-демократический альянс «Труд и свобода» (ведомый прокурдской «Демократической партией»). Характерно, что популист Эрдоган противопоставляет народ нации также как и популист Пашинян.

Интересно, что на фоне землетрясения произошел рост рейтинга Эрдогана – и падение – у его основных конкурентов. С одной стороны, это объяснимо – Эрдоган был на всех экранах в период ликвидации последствий землетрясения, он руководил спасательной операцией, так что внимание к нему естественно выросло. С другой стороны – именно его обвиняют в последствиях землетрясения, так как большая часть некачественно построенных домов, которые в ходе землетрясения развалились как карточный домик, возведены именно при Эрдогане.

График 2. Статистика распределения даты строительства разрушенных домов в зоне землетрясения, по провинциям.

Сейчас ситуация на опросах выглядит все менее стабильной, растет разрыв между результатами разных опросов, предположительно снижается достоверность опросов, так что предсказать результат выборов становится все сложнее. В апреле, согласно ряду опросов, рейтинг Эрдогана и его партии вырос. Но согласно другим опросам – напротив он сократился. Дивергенция результатов свидетельствует о том, что все больше становится заказных опросов.

Еще один вопрос касается админресурса. Надо ли эти предполагаемые 5% добавлять к результату по опросам или не надо? Скорее всего, админресурс Эрдогана уже включен в его рейтинг, и зависимый электорат поддерживает Эрдогана в опросах также как и поддержит на выборах, тем более что опросы не вполне анонимны. Напрямую сфальсифицировать выборы будет сложно хотя бы потому, что в условиях примерного равенства числа сторонников, сфальсифицировать результат незаметно и без последствий не удастся.

График 3. Динамика поддержки основных партий на будущих парламентских выборах в Турции

Вышеприведенная динамика поддержки партий за 4 года показывает, что рейтинги партий в Турции довольно стабильны, но долгосрочно Эрдоган терял популярность вплоть до середины 2022 года, когда она начала медленно восстанавливаться. Возможно, это вызвано политикой низкого вовлечения в украинский конфликт, либо снижением инфляции или другими причинами.

Для большей наглядности в понимании тенденций электоральных рейтингов Турции, взглянем на тенденцию рейтингов по коалициям, где упрощенно рассмотрим только AKP+MHP vs CHP+IYI. Эти тенденции также могут быть использованы как прокси для результатов президентских выборов (с тем учетом, что оппозиционный альянс постепенно расширяется, включая в себя новые миноритарные партии).

График 4. Динамика поддержки коалиций на выборах в Турции, 2019-2023

Как мы видим, в 2020-21 гг. ситуация резко изменилась не в пользу правящей группы, и в последнее время отрыв ее от конкурентов стал минимальным. Если смотреть на сумму рейтингов всех коалиций, то за последние 10 опросов, проэрдогановская коалиция получала 38.66% голосов, а оппозиционная – 41.88%, что образует разницу в 3% в пользу оппозиции.

Чья победа выгоднее для Армении?

Для Армении выборы в Турции играют большую роль. Эту тему активно обсуждают, но консенсуса относительно того, чья победа наиболее предпочтительней – нет.

1. Победа Эрдогана рассматривается как возможность маргинализации Турции и ухудшения ее отношений с Западом.

2. Победа турецкой оппозиции, пусть и там в основном националистические силы, рассматривается как возможность найти более лояльного и адекватного партнера для переговоров.

3. Для Армении не имеет значения кто победит, поскольку антиармянские настроения распространены широко и составляют часть политического консенсуса в Турции. См. также: Армения остается для Турции врагом номер 1: опрос (17 февраля 2022). Третье мнение наиболее широко распространено.

Однако чем рассуждать о конкретных политических структурах и личностях во власти, лучше обсудить, какой может быть и какой не должна быть предпочтительная для Армении политическая система Турции.

а) Армении не выгодна консолидация власти в руках авторитарных политиков со склонностью к фашизму. Эрдоган отчетливо демонстрирует этот тренд. Квазисултанат в Турции будет в любом случае склонен к союзу с аналогичным режимом в Азербайджане.

б) Армении не выгодно фокусирование Турции на внешнеполитической экспансии, взамен предпочтительнее, чтобы Турция занималась внутренним развитием, экономическими проблемами и внутриполитической повесткой, которая, скорее всего будет актуальной после выборов.

в) Для Армении опасны глубокие отношения Турции с Западом, из-за чего на Западе все больше склоняются к поддержке турецкой версии урегулирования карабахского конфликта и всего армянского вопроса. Недавно глава МВД Турции Сулейман Сойлу сделал ряд радикальных заявлений против США и Европы, что в этом смысле является положительным сигналом. Дело в том, что отношения Турции с Евросоюзом не только имеют самостоятельную ценность, от них зависят и отношения России с Турцией. Важность Турции для России (а также для других региональных игроков) диктуется ее степенью связей с Западом. Избрание Эрдогана в этом смысле уменьшит возможности Турции к безнаказанной экспансии в регионе своего соседства, в том числе и на Южном Кавказе.

Грант Микаелян